МАНИПУЛЯЦИЯ | Казахстан может стать крупным экспортером возобновляемой энергии

    В июле вице-министр национальной экономики Ернар Бакенов в ходе форума «Энергия будущего» заявил, что у Казахстана есть «огромный потенциал» для развития возобновляемой энергетики:

    Развивая атомную и альтернативную энергетику, Казахстан в перспективе может не только обеспечить энергией свои внутренние потребности, но в будущем стать крупным региональным поставщиком

    — высказал вице-министр свое мнение.

    ВЕРДИКТ: Манипуляция

    По итогам 2016 года доля возобновляемых источников энергии (ВИЭ) в общем объеме производства электроэнергии Казахстана составила 1%. Между тем, такие страны региона как Киргизия и Таджикистан больше 80% электроэнергии производят при помощи гидроресурсов. Республики в результате многоводья обладают переизбытком мощностей, однако даже эта дешевая «зеленая» электроэнергия не пользуется в регионе спросом.

    Крупнейшим экспортером электроэнергии в мире является Франция. Излишки энергии можно по праву считать «чистыми»: больше 70% электричества в стране вырабатывают атомные электростанции. Во Франции работают 58 ядерных реакторов суммарной мощностью 63,1 ГВт. Другой лидер по использованию альтернативных источников энергии — Германия — также экспортирует электроэнергию в соседние страны. При этом доля ВИЭ в производстве энергии составляет 34%, к 2035 году немцы планирует довести этот показатель до 60%. Любопытно, что уже в этом году в Германии выдался погожий день, когда энергия ветра, солнца, воды и биомассы обеспечила 85% (!) выработки электроэнергии в стране.

    Возобновляемые источники энергии в Казахстане

    Самое время взглянуть на Казахстан — в перспективе «крупного регионального поставщика» возобновляемой энергии. В республике энергию производят 9 ветряных электростанций, 16 солнечных электростанций, 24 гидроэлектростанции и 1 биогазовая установка, что в общей сложности обеспечивает ВИЭ 1% в общем объёме производства. Стратегические планы правительства не выполняются: ещё в 2015 году по этому показателю Казахстан должен был достичь 1,5%. В этом контексте еще более сомнительной выглядит заявленная 30%-я доля ВИЭ к 2030 году.

    Мало облегчения приносит и тот факт, что сейчас у Казахстана фактически нет необходимости увеличивать выработку электроэнергии: сколько производится, практически столько же и потребляется. Топливно-энергетический баланс пока складывается в пользу республики.

    Другой вопрос, что износ электроэнергетической инфраструктуры достигает 60-80%. Всемирный банк подсчитал: чтобы в таких условиях поддерживать энергосистему страны в нормальном состоянии и иметь возможность увеличивать ее мощности, до 2030 года нужно ежегодно вкладывать в отрасль $2,6 млрд. Правительство, впрочем, надеется, что хватит суммы в 8 раз меньше.

    ВИЭ в странах Центральной Азии

    Узбекистан

    Узбекистан тоже активно занимается развитием альтернативной энергетики на стратегическом уровне. В мае 2017 года глава республики утвердил программу по развитию возобновляемой энергетики и повышению энергоэффективности на ближайшие годы. К 2025 году узбекские власти намерены довести долю гидроэнергетики до 15,8%, солнечной энергетики — до 2,3%, ветряной энергетики — до 1,6% в структуре генерирующих мощностей.

    Пока же традиционные источники производят больше 87% электроэнергии страны, освоено лишь 0,31% потенциала ВИЭ. В Узбекистане с 2014 года действует лишь одна солнечная электростанция, строительство первой ветряной электростанции продолжается. До 2025 года правительство планирует реализовать 810 инвестиционных проектов по развитию возобновляемой энергетики на сумму $5,3 млрд.

    Спрос на энергоресурсы в Узбекистане, по официальным прогнозам, вырастет до конца 2030 года на 25,5% по сравнению с уровнем 2013 года. О производстве излишков говорить едва ли приходится: в конце 2016 года жители Самарканда, Ташкента и Бухары столкнулись с серьезными перебоями в электроснабжении. Теперь правительство борется за поддержание «платежной дисциплины» и по возможности модернизирует электросети. С 16 июня 2017 года Узбекистан импортирует электроэнергию из Киргизии.

    Туркменистан

    Туркменистан, напротив, всерьез нацелен на экспорт электроэнергии. В настоящее время республика уже осуществляет поставки в Иран, Турцию и Афганистан и нацелена на пятикратное увеличение объемов поставок электроэнергии за рубеж. В первом квартале 2017 года экспорт энергии по сравнению с аналогичным периодом прошлого года вырос на 4%. Однако об использовании «зеленых» технологий пока говорить не приходится. Все туркменские электростанции работают на природном газе от ближайших газовых месторождений, а в качестве резервного топлива используются мазут и дизельное топливо собственных нефтеперерабатывающих заводов.

    Между тем, у туркмен особый взгляд на собственный газ — утверждается, что туркменский природный газ якобы характеризуется наименьшим отрицательным воздействием на окружающую среду по сравнению с другими видами невозобновляемых энергоносителей. Из ВИЭ наибольшим потенциалом для страны обладает солнце. Туркменские ученые работают над разработкой «Дорожной карты развития солнечной энергетики» и подыскивают место для строительства первой солнечной электростанции большой мощности. Некоторое время назад, к слову, власти Туркменистана заявляли о намерении экспортировать кремний, необходимый, как известно, для производства солнечных панелей.

    Таким образом, Узбекистан и Туркменистан в обозримом будущем вряд ли станут на пути у Казахстана в случае беспрецедентного развития здесь возобновляемой энергетики. Более заметные шансы — у Киргизии и Таджикистана, которые традиционно «страдают» от профицита электроэнергии, произведенной на гидроэлектростанциях.

    Кыргызстан

    Киргизия большую часть электроэнергии производит на гидроэлектростанциях. ВИЭ в общем объеме энергопотребления не достигают даже одного процента, однако на официальном уровне уже заявлялось, что альтернативные источники энергии могут замещать до 51% потребляемой энергии. В техническом отношении этот потенциал может быть реализован на 20%, в самые ближайшие годы — на 5%. Тем не менее, никакого утвержденного правительством плана развития «зеленой» энергетики в стране нет — соответствующая стратегия существует лишь на уровне заявлений.

    Стабильность энергосистемы Киргизии в значительной степени зависит от погодных и климатических условий. С одной стороны, к 2025 году площадь ледников республики может сократиться в среднем на 30-40%, что в свою очередь снизит водность рек, а значит, и дефицит электроэнергии будет ежегодно возрастать на 7-10%. С другой стороны, пока ситуация не критичная — в первом полугодии 2017 года приток воды в Токтагульское водохранилице превысил среднемноголетнее значение на 62%. Киргизские власти не смогли договориться о продаже излишков энергии в Казахстан, Узбекистан (как мы писали выше) оказался более сговорчивым.

    Таджикистан

    Таджикистан сталкивается с аналогичными проблемами. Министр энергетики и водных ресурсов республики, посетив этим летом выставку ЭКСПО в Астане, сообщил: Таджикистан ежегодно теряет более $250 млн, не зная, куда продавать электроэнергию, чей переизбыток традиционно приходится на летнее время. Пока единственной альтернативой технических сбросов на ГЭС для Таджикистана стал экспорт электроэнергии в Афганистан — в 2016 году на эту соседнюю страну пришлось 92,8% от общего объема поставок.

    Между тем, в зимнее время около 70% населения Таджикистана испытывает на себе дефицит электроэнергии, промышленность и сельское хозяйство также испытывают значительные сложности. Это вынуждает правительство импортировать электроэнергию и задумываться о развитии ВИЭ. В настоящее время в стране используется менее 4% имеющегося потенциала от технически возможных и экономически эффективных запасов гидроресурсов и менее 1% от других видов альтернативных источников энергии. В приоритете — строительство малых ГЭС, которых сейчас в Таджикистане уже больше 250. Большинство из них принадлежит частному сектору. Развитие ВИЭ власти страны рассматривают, в первую очередь, как способ снизить бедность в стране и поддержать малое предпринимательство.

    После беглого взгляда на энергосистемы стран Центральной Азии становится очевидным: продать излишки «зеленой» электроэнергии соседям по региону Казахстану будет не так просто, как это, вероятно, кажется вице-министру национальной экономики Ернару Бакенову. Отдельный вопрос еще и в том, когда эти излишки в принципе образуются, учитывая неторопливый темп развития ВИЭ в Казахстане.

    В заключение предположим, что для нашей республики есть куда более заманчивая перспектива нежели озвученная Бакеновым. В 2009 году единая энергосистема стран Центральной Азии, как известно, распалась, центром той системы был Узбекистан. Летом этого года Таджикистан предложил Казахстану фактически воссоздать прежнюю систему, взяв на себя роль регионального «энергохаба» — страны, которая сможет переправлять излишки «экологически чистой» и дешевой энергии Киргизии и Таджикистана в северном направлении.


    Если лица, о которых идет речь в статьях factcheck.kz, или читатель не согласен с нашим вердиктом или доказательствами, после предоставления подтверждающей информации, редакция оставляет за собой право пересмотреть вердикт, приложив соответствующие материалы.

    Публикации сайта подготовлены при финансовой поддержке Фонда Сорос-Казахстан. Содержание данной публикации отражает точку зрения автора/ов, которая не обязательно совпадает с точкой зрения Фонда Сорос-Казахстан.