МАНИПУЛЯЦИЯ | В Казахстане ежегодно 15% супружеских пар оказываются бесплодными

10-11 ноября в Астане состоялся конгресс «Современные подходы к лечению бесплодия. ВРТ: настоящее и будущее», на котором вице-министр здравоохранения Лязат Актаева озвучила актуальные статистические данные по проблеме: «В целом частота бесплодного брака в Казахстане находится в пределах 15%. ВОЗ такой уровень считает государственной проблемой, потому что это влияет на демографические показатели».

ВЕРДИКТ: Манипуляция

Ни один государственный орган Казахстана не собирает данные для определения доли бесплодных пар от общего количества заключаемых браков. Озвучиваемые чиновниками и специалистами цифры опираются на приблизительные расчеты международных экспертов и на количество обращений к отечественным врачам по поводу бесплодия.

Примечательно, что за несколько дней до столичного конгресса в СМИ появилось сенсационное заявление главного уролога министерства здравоохранения Мырзакарима Алчинбаева. Он со ссылкой на результаты работы областных центров мужского здоровья отметил, что за 12 лет уровень мужского бесплодия в республике снизился с 32% до 19%. Цифры, озвученные и вице-министром, и главным урологом демонстрируют только одно: единого понимания об уровне распространенности бесплодия в Казахстане нет. Пока министерство образования трубит о том, что бесплодие угрожает демографической стабильности страны, урологи констатируют невероятный по мировым меркам прогресс.

В 2016 году Казахстанская ассоциация репродуктивной медицины (КАРМ) проводила в Алматы аналогичный конгресс. В пост-релизе организаторы писали: «В Казахстане частота бесплодия составляет приблизительно 12-15%». При этом авторы особо подчеркивали, что точной статистики нет, потому что «регистр бесплодия отсутствует». За пять лет до этого общественный фонд «Амансаулык» при поддержке Фонда ООН в области народонаселения опубликовал аналитический доклад о доступе женщин к товарам и услугам репродуктивного здоровья. В нем было указано: «В Республике Казахстан бесплодными являются 17% супружеских пар». Авторы предоставляли такие данные, ссылаясь, как ни странно, на президента той самой Казахстанской ассоциации репродуктивной медицины Вячеслава Локшина. В 2010 году он с коллегой опубликовал статью о проблемах репродуктивного здоровья женщин в Казахстане, однако в тексте у профессора фигурировали другие цифры: «Частота бесплодного брака в мире значительна — до 10-15%, а в Казахстане достигает 16%». Локшин, приводя такие данные, ссылается на иностранный (!) источник.

Последнее обстоятельство уверенно свидетельствует о том, что и министерство здравоохранения, и профессиональные ассоциации врачей-репродуктологов в своей оценке уровня бесплодия в Казахстане руководствуются, главным образом, авторитетными международными данными. Последнее масштабное исследование Всемирной организации здравоохранения по проблеме бесплодия датировано 2012 годом – в нем авторы проанализировали 277 национальных и региональных обзоров по заданной проблематике, выпущенных с 1990 года. При этом авторы отметили, что Центральная и Восточная Европа, а также Центральная Азия – это регионы, откуда исследователям не удалось получить исчерпывающих данных. Именно по этой причине составители делали выводы о распространенности бесплодия в Казахстане, исходя из той скудной информации, которую предоставили другие страны региона. Любопытно, что даже такие приблизительные данные позволили экспертам сделать следующий вывод: «Хотя количество бесплодных пар возросло в большинстве регионов мира, этот показатель снизился с 4,4 млн в 1990 году до 3,8 млн в 2010 году в Центральной/Восточной Европе и Центральной Азии». Однако ВОЗ эту тенденцию объясняет не прорывами в репродуктивных технологиях, а уменьшением количества пар, желающих обзавестись ребенком, и отсутствием тенденции к увеличению численности населения.

Официальная статистика Казахстана не собирает данные для такого показателя как «процент бесплодных супружеских пар». Доля бесплодных пар в республике в самом грубом виде определяется соотношением количества обратившихся к врачам пар к общему количеству заключенных в определенный год браков. По данным КАРМ, к отечественным специалистам с проблемами бесплодия ежегодно обращаются 20,5 тыс супружеских пар – если учесть, что в 2016 году в Казахстане было заключено чуть больше 141 тыс браков, доля бесплодных пар находится в районе 14,5%. Такие подсчеты не могут и не считаются полностью достоверными, потому что основаны лишь на фактах обращения к врачам. В Казахстане врачи-репродуктологи отдельно регистрируют обратившихся к ним мужчин и женщин. «Женщины не боятся выявлять свое бесплодие, тогда как мужчины тщательно скрывают этот факт и до последнего не лечатся», – объяснял главврач клиники ЭКО Равиль Валиев корреспонденту «Каравана» в 2011 году. Специалист убежден, что «когда у нас с высокой трибуны называются цифры в 14–17% бесплодных пар, то я считаю, что и они взяты с потолка». Валиев подчеркивает, что отсутствие полной картины по бесплодию в Казахстане тормозит развитие вспомогательных репродуктивных технологий, фактически лишая возможности определить реальную потребность в них.

Согласно исследованию ВОЗ, уровень первичного бесплодия у женщин (бесплодие у женщины, у которой ранее не было беременностей) в Казахстане не превышает 2%. Между тем республика вошла в число стран с наиболее высоким уровнем вторичного бесплодия (бесплодие у женщины, у которой до этого была беременность) – этот показатель в Казахстане может достигать 16%. «Относительно высокий уровень вторичного бесплодия в Центральной/Восточной Европе и Центральной Азии может быть связан с более высокой частотой абортов. В этих регионах количество абортов с 1995 по 2003 годы хоть и снизилось, однако все равно осталось на уровне, превышающим среднемировой», – говорится на этот счет в докладе. Таким образом, демографической безопасности Казахстана может угрожать не гипотетически высокий уровень бесплодных пар, а, например, небезопасные процедуры абортов, которые лишают женщин возможности иметь детей в дальнейшем.