Как делают фактчекинг документальных фильмов?

    На примере крупнейших изданий и опыте фрилансеров International Documentary Association вывела основные черты фактчекинга в документальном кино.

    NY Times

    Линда Крус собственноручно проверяет каждый фильм документального раздела The New York Times Op-Docs. Фактчек происходит на двух уровнях. На первом Крус выделяет в материале все, что может вызвать сомнения — имена, цифры, факты — и обращается к первоисточникам за подтверждением.

    Источник: UNIONDOCS

    Второй — проверка для прозрачности. Большинство фильмов поступают к Крус уже смонтированными, поэтому ей приходится заново восстанавливать путь режиссера. Она задает вопросы режиссерам: когда были съемки, кто был задействован, почему, где это происходило? Не платили ли тем, кто снялся в фильме? Какая часть фильма была специально сыграна? Крус отслеживает, не пожертвовал ли тот реальными фактами во имя истории.

    Помимо возможных случаев плагиата и особенно в тех случаях, если на данную тему Op-Docs уже публиковали документалку, она смотрит за тем, сумел ли новый автор внести что-то новое или просто перемонтировал все сказанное другими. Если работа оригинальная, то она проверяется дважды вместе с экспертами и другими источниками. Читатели NY Times также могут вносить свои замечания.

    “Лучший вариант — когда режиссер предоставляет сценарий с полными ссылками на источники, — говорит Крус. — Тогда я ищу экспертов. Важно найти тех, кто будет не согласен с точкой зрения, высказанной в фильме. Режиссерам не нужно создавать баланс, у них должен быть своя четкая точка зрения, но они должны показать, что знакомы и с другими сторонами их истории”.

    Источник: The New Yorker

    New Yorker

    В редакции The New Yorker 17 фактчекеров, помимо них еще трое проверяют видео. Глава фактчек-подразделения Питер Кэнби говорит, что они разбирают каждый материал на куски, и к каждому из них ищут источники: “Надо найти откуда что появилось, кто кого процитировал, кому принадлежат те или иные вещи, какие события описываются, кто с кем говорил, а с кем нет.

    Чем больше оригинальных источников, тем лучше. Вторичные источники делают историю менее оригинальной и интересной. Наиболее же пристальное внимание мы уделяем длинным частям нарратива без источников. Мы спрашиваем автора с кем мы можем поговорить, с кем нужно быть осторожней. Автор присылает нам записи и расшифровки, которые мы читаем прежде, чем звонить определенным лицам. Некоторые могут, допустим, начать отрицать, что говорили ранее”.

    Чтобы найти людей, у The New Yorker есть доступ к целому ряду специальных сайтов и сервисов — LexisNexis, PACER, Leadership Directories, People Locator, Celebrity Service. Они позволяют найти публичные документы и данные. Но лучше всего, отмечает Кэнби, работает сарафанное радио: “Несколько лет назад я пытался вести список таких сайтов. Но все они быстро вытесняются новыми игроками”.

    Вне редакций

    У режиссеров без институциональной поддержки фактчекинговых ресурсов заметно меньше. Главное — использовать верные инструменты. Когда Лорен Кэппс, автор документалок Captive Radio, Rape in the Fields, делает истории о криминале или судебных тяжбах, она идет в суды за записями. “Видео с показаниями — сильное визуальное подспорье. Но и без них судебные расшифровки могут помочь в доказательстве фактов, — говорит Кэппс. — Вообще фактчекинг неплохо делать еще в начале съемок. По крайней мере, подумать какие документы лучше проверить или в какую сторону следует покопать, чтобы понять куда в целом идет нарратив”.

    Трейлер документального фильма «Captive Radio» Лорен Кэппс

    В независимом кино в отличии от новостных организаций, которые могут позволить себе нанять специалистов, фактчек ложится полностью на режиссера и продюсера. Кэппс предпочитает для этого Google Spreadsheets. “Для каждого факта я создаю колонки, где указываю источники информации. Если это открытая информация будь то государственная бумага или оцифрованное решение суда, я привязываю онлайн-ссылку. Если ее нет, заливаю документ в Dropbox и указываю необходимую страницу и цитату в нем. Если у кого-то возникнут вопросы, то ищу нужную строчку в Google Spreadsheets и сразу вижу, откуда пришла информация и как можно ее подтвердить. Здесь важно быть дотошным, особенно в спорных моментах. Если нет подтверждающих источников, лучше не включать это в фильм, даже если материал обещает быть потрясающим.

    Кэппс предпочитает не делать все самой. “Нужны люди, которые просмотрели бы сценарий свежим глазом. Если сценарий меняется, хорошо, чтобы кто-то обновил фактчекинговые документы и записал те факты, которые нуждаются в проверке. Это можно вносить все в тот же  Google Spreadsheets, просто помечая инициалами, кто внес изменения. И в дальнейшем все вопросы можно адресовать к нему”.

    Очень важно не выдать мнение за факт, отмечает Кэппс. “Лучше всего отмечать контрапункты, те, что идут в разрез с историей. Вы не можете презентовать чьи-то воспоминания как факт до тех пор, пока они не будут подтверждены. Потому что нужно быть ответственным как перед теми, чьи истории вы рассказываете, так и перед зрителями, чтобы вам верили в будущем”.

    0

    Если лица, о которых идет речь в статьях factcheck.kz, или читатель не согласен с нашим вердиктом или доказательствами, после предоставления подтверждающей информации, редакция оставляет за собой право пересмотреть вердикт, приложив соответствующие материалы.

    Публикации сайта подготовлены при финансовой поддержке Фонда Сорос-Казахстан. Содержание данной публикации отражает точку зрения автора/ов, которая не обязательно совпадает с точкой зрения Фонда Сорос-Казахстан.