Аргументы против национальных стратегий разработки искусственного интеллекта

    Марк Эспозито, Теренс Цэ и Джошуа Энтсмингер — о смутном настоящем и тревожном будущем искусственного интеллекта.

    Проекты разработки искусственного интеллекта (ИИ) всё чаще представляются как глобальная гонка или даже новая «Большая игра». Помимо государств, которые развивают национальные компетенции и наращивают конкурентные преимущества, в этом соревновании участвуют также компании, которые стремятся заполучить ИИ-таланты, воспользоваться выгодами от обладания данными и предложить уникальные услуги. В обоих случаях успех будет зависеть от того, удастся ли демократизировать технические решения на основе ИИ и широко распространить в различных отраслях.

    Глобальная ИИ-гонка не похожа ни на какое другое глобальное соревнование, потому что степень, в которой инновационная деятельность осуществляется государством, корпоративным сектором или научно-учебными заведениями, значительно различается от страны к стране. Впрочем, если усреднять, основная часть инноваций пока что рождается в научно-учебных заведениях, чему способствуют правительства, совершающие закупки, а не благодаря исследованиям и разработкам внутри компаний.

    Доля цифровых услуг в мировой торговле сейчас растёт, в то время как доля товаров снижается. На сегодня более 60% всей торговли осуществляется в цифровой форме, а к 2025 году, как ожидается, половина всей экономической стоимости будет создаваться в цифровом секторе. А поскольку государства ищут способы занять высокие позиции в производственных цепочках будущего, они нацелились на искусственный интеллект.

    Соответственно, у совершенно разных стран – от США, Франции, Финляндии и Новой Зеландии до Китая и Объединённых Арабских Эмиратов – сейчас появились собственные национальные стратегии развития ИИ, призванные поддержать местные таланты и подготовиться к грядущим последствиям автоматизации для рынков труда и социальных программ.

    Впрочем, истинную природу ИИ-гонки ещё предстоит увидеть. Весьма вероятно, что она не будет ограничиваться какой-то одной сферой, при этом самым важным фактором, определяющим её исход, станут выбранные правительствами методы регулирования и контроля за применением ИИ-технологий, причём как внутри страны, так и в международном контексте. Китай, США и другие участники этой гонки расходятся не только в идеях относительно данных, конфиденциальности и национального суверенитета, но даже во взглядах на то, как именно должен выглядеть международный порядок в XXI веке.

    Проводя все эти линии различий, самое важное – помнить, что потоки данных соблюдают географические границы лишь случайно, а не фундаментально. В геополитическом смысле национальные государства – это суверенные образования; но в цифровой экономике они являются суверенными лишь по названию, на практике же это необязательно так. Тот факт, что сегодня глобальные потоки данных организованы вдоль линий политического суверенитета, не означает, что они обязаны такими быть.

    Тем самым, национальные программы ИИ-разработок являются своеобразной страховкой. Правительства уверены, что та страна, которая финиширует в этой гонке первой, станет той самой страной, которой достанется львиная доля потенциальной стоимости ИИ. Это кажется верным. Но проблема не в том, верно это или нет, а в том, является ли национальный подход необходимым или даже мудрым.

    Подход к этому вопросу со строгими национальными рамками игнорирует реалии разработок ИИ. От того, происходит ли обмен массивами данных на международном уровне, зависит, насколько алгоритмам машинного обучения будут свойственны национальные особенности. А от того, станут ли некоторые виды чипов эксклюзивными технологиями, может зависеть степень дальнейшего развития инноваций на глобальном уровне. В свете всех этих реалий есть основания беспокоиться, что фрагментированные национальные стратегии могут затормозить рост цифровой экономики.

    Кроме того, в нынешних условиях национальные ИИ-программы конкурируют за ограниченное количество талантов. И хотя это количество будет со временем расти, одновременно будут меняться компетенции, необходимые для экономики, которая всё сильнее опирается на ИИ. Например, возрастёт спрос на экспертизу в сфере кибербезопасности.

    На сегодня перед разработчиками ИИ, работающими в ведущих исследовательских центрах и университетах, открываются уверенные карьерные перспективы и большой рынок заинтересованных покупателей. И на фоне повышения корпорациями зарплат для исследователей начинает расти глобальный кадровый разрыв между ведущими компаниями и всеми остальными. А поскольку крупные технологические компании имеют также доступ к огромным и очень богатым массивам данных, недоступных новичкам и мелким игрокам, постольку рынок уже сейчас сильно сконцентрирован.

    В этих условиях должно быть очевидно, что изоляционистские меры (и не в последнюю очередь торговые и иммиграционные ограничения) в долгосрочной перспективе окажутся экономически невыгодными. Судя по меняющейся структуре глобальной торговли, основная часть экономической стоимости в будущем будет создаваться не за счёт товаров и услуг, а за счёт данных, которые к ним прилагаются. Это означает, что компании и страны, имеющие доступ к глобальным потокам данных, получат наибольший выигрыш.

    На фундаментальном уровне новая глобальная конкуренция ведётся за приложения, которые способны собрать альтернативные варианты решений и выбрать из них оптимальное. Со временем бремя адаптации к этим технологиями ляжет на плечи граждан. Но прежде чем наступит этот момент, крайне важно, чтобы ведущие ИИ-разработчики и правительства скоординировались с целью гарантировать безопасное и ответственное применение данной технологии.

    В прошлом, когда страны с наилучшим технологиями мореплавания и навигации правили миром, механические часы были технологией, доступной лишь немногим. На этот раз всё иначе. Если у нас появится супер-интеллект, он должен быть глобальным общественным благом.

    Об авторах:

    • Марк Эспозито – сооснователь компании Nexus FrontierTech, профессор бизнеса и экономики в Гарвардском университете и Международной бизнес-школе Hult.
    • Теренс Цэ – сооснователь Nexus FrontierTech, профессор Европейской бизнес-школы ESCP (Лондон), работает советником в Еврокомиссии.
    • Джошуа Энтсмингер – исследователь в Nexus FrontierTech, старший научный сотрудник Центра политики и конкуренции при École des Ponts.

    Copyright: Project Syndicate, 2018.
    www.project-syndicate.org


    Если лица, о которых идет речь в статьях factcheck.kz, или читатель не согласны с нашим вердиктом или доказательствами, после предоставления подтверждающей информации, редакция оставляет за собой право пересмотреть вердикт, приложив соответствующие материалы.

    Публикации сайта подготовлены при финансовой поддержке Фонда Сорос-Казахстан. Содержание данной публикации отражает точку зрения автора/ов, которая не обязательно совпадает с точкой зрения Фонда Сорос-Казахстан.