Мнение | Амин Сайкал: Афганская головоломка

    Амин Сайкал о проблемах Афганистана, роли России и США и не очень радужных ближайших перспективах в регионе. 

    В январе 2018 года президент Афганистана Ашраф Гани публично признал, что без американской поддержки его правительство и Афганская национальная армия (АНА) долго не продержаться. И сегодня ситуация остаётся такой же: власти пребывают в смятении, а АНА едва выдерживает натиск «Талибана».

    Однако президенту США Дональду Трампу по совершенно понятным причинам хочется вытащить Америку (если возможно, путём политического урегулирования) из войны, в которой стало явно невозможно победить. Именно поэтому у талибов и их сторонников нет никаких убедительных причин, чтобы позволить афганскому правительству и США с легкостью выйти из этого затруднительного положения. А учитывая сложное переплетение противоречивых интересов в Афганистане, сепаратные усилия США и России, направленные на достижение длительного урегулирования, могут в итоге завершиться безрезультатно.

    Основная проблема Афганистана не является военной. Несмотря на тяжёлые потери АНА (с середины 2014 года погибло более 45 тысяч человек) и всё более опасную ситуацию в стране, афганская армия сумела не допустить захвата «Талибаном» крупных городов на длительное время. В этом смысле критически важную роль сыграло американское финансирование АНА, достигающее примерно $4 млрд в год, а также союзническая оперативная поддержка.

    Нет, ухудшение ситуации с безопасностью вызвано, прежде всего, политическими и региональными факторами. Начать с того, что руководство Афганистана не продемонстрировало тех качеств, в которых со времён организованной США интервенции нуждалась страна — сначала под руководством постталибской администрации президента Хамида Карзая (2001-2014), а затем под руководством Гани и его правительства национального единства.

    Запад надеялся, что эти лидеры будут стремиться к национальному единству, стараясь институционализировать политику, а не персонализировать власть в стране. Вместо этого, начали превалировать традиционные методы правления по принципу «разделяй и властвуй» (по этническим, племенным, лингвистическим и культурным признакам) с сопутствующей коррупцией и низким качеством управления. Прикрываясь фиговым листочком притворной демократии, лидеры Афганистана сосредоточились на расширении персональной власти и влияния в ущерб национальным интересам.

    Неудивительно поэтому, что после 2001 года афганские правительства были слабыми и почти целиком зависимыми от поддержки США и союзников. В результате, Афганистан оказался уязвим перед хищническим поведением соседних стран, особенно Пакистана, а также из-за регионального соперничества и конкуренции великих держав.

    Афганский конфликт глубоко переплетён с индийско-пакистанскими спорами, с ирано-саудовским соперничеством, с пакистано-саудовским стратегическим партнёрством, с американо-иранской враждебностью, с пакистано-китайской дружбой, с периодической напряжённостью на индийско-китайской границе, с американо-индийским товариществом, а также с американо-российской конкуренцией. Афганистан превратился в зону конфликта внутри региона, полного конфликтов, причём каждый из них создаёт особые препятствия на пути политического урегулирования в стране.

    Недавние американские усилия по достижению политического урегулирования до сих пор оказывались безуспешными. Спецпредставитель США по афганскому примирению, американец афганского происхождения Залмай Халилзад, приступивший к своей миротворческой миссии в сентябре прошлого года, добился лишь малых, если вообще каких-нибудь, успехов. Халилзад неоднократно заявлял о достигнутом прогрессе; но в реальности ему крайне трудно продраться сквозь афганские и региональные политические дебри.

    На протяжении трёх с лишним десятилетий Халилзад, называющий себя американским неоконсерватором, принимал неоднозначное участие в делах Афганистана, поэтому он сталкивается с недоверием со стороны многих афганских лидеров, включая Гани, а также со стороны правительств стран региона. Он исключил из организованных им консультаций Иран, влиятельного соседа Афганистана. К нему с подозрением относятся в Исламабаде и Москве, поскольку ранее он выражал антипакистанские взгляды и критиковал региональные амбиции России.

    После нескольких встреч с представителями «Талибана» в Дохе Халилзад добился от них лишь одной уступки: эта группировка не позволит использовать афганскую территорию для враждебных действий против США и их союзников. Однако у этого обещания есть условие — вывод всех иностранных войск из Афганистана. И Халилзад не сумел убедить «Талибан» признать, что афганское правительство является чем-то большим, чем американской игрушкой, и вступить с ним в прямые переговоры.

    Между тем, Россия выступила с собственной миротворческой инициативой для Афганистана, организовав несколько многосторонних встреч в Москве, начиная с конца 2018 года. В числе их участников — представители «Талибана», высокопоставленные лица Афганистана (во главе с Карзаем, который теперь критикует Америку за то, что она не принесла стабильность и безопасность в его страну), а также представители соседних с Афганистаном стран и Индии.

    Администрация Гани считает, что московские переговоры противоречат её альянсу с США, тем не менее, она сочла уместным разрешить послу Афганистана в России посетить последнюю такую встречу, состоявшуюся в конце мая. Но поскольку «Талибан» отказался согласиться на прекращение огня, не говоря уже об урегулировании других существенных вопросов, эта встреча не привела к каким-либо осязаемым результатам.

    Если усилия США и России не позволят достигнуть длительного политического урегулирования в Афганистане, тогда пяти постоянным членам Совета Безопасности ООН, возможно, придётся прийти к консенсусу и принять резолюцию, основанную на главе VII устава ООН, которая касается угроз международному миру. Цель будет заключаться в том, чтобы заставить соседние с Афганистаном государства прекратить своё прокси-вмешательство в дела этой страны и поддержку соперничающих интересов; чтобы содействовать упорядоченному выводу американских и союзных войск; и чтобы гарантировать геополитическую нейтральность Афганистана — ведь именно она приносила столько пользы этой стране, пока 40 лет назад не начались её нынешние проблемы.

    В этот момент понадобится достаточное количество помощи и давления, чтобы подтолкнуть лидеров Афганистана к достижению национального консенсуса ради них же самих и ради их страны. К сожалению, всё это может произойти не так скоро, как нужно страдающему народу Афганистана.

    Об авторе: Амин Сайкал — профессор политологии и директор Центра арабских и исламских исследований (Ближний Восток и Центральная Азия) в Австралийском национальном университете, автор книги «Современный Афганистан: История борьбы и выживания».

    Copyright: Project Syndicate, 2019.
    www.project-syndicate.org


    Если лица, о которых идет речь в статьях factcheck.kz, или читатель не согласны с нашим вердиктом или доказательствами, после предоставления подтверждающей информации, редакция оставляет за собой право пересмотреть вердикт, приложив соответствующие материалы.

    Публикации сайта подготовлены при финансовой поддержке Фонда Сорос-Казахстан. Содержание данной публикации отражает точку зрения автора/ов, которая не обязательно совпадает с точкой зрения Фонда Сорос-Казахстан.