Зачем редакторкам авторки: мифы и правда о феминитивах

    Накал страстей вокруг феминитивов порой достигает такого уровня, что впору говорить о гендерно-лингвистической войне. Сторонники и сторонницы увеличения числа феминитивов и их противники и противницы яростно отстаивают свои позиции, не особо уделяя при этом внимания аргументам и тому, как в принципе устроен язык. Мы решили разобрать ряд часто повторяемых утверждений о феминитивах с точки зрения лингвистики и дать спорщикам и спорщицам аргументы, которые, возможно, выведут разговор на уровень вменяемой дискуссии.

    Итак, мифы и правда о феминитивах в первом приближении.

    Феминитивы – слова женского рода, альтернативные или парные аналогичным понятиям мужского рода, относящимся ко всем людям независимо от их пола (летчик – летчица, санитар – санитарка и т.д.)

    Феминитивы необходимы языку и обществу

    Правда, но с оговоркой. Феминитивы нужны не всякому языку и не всем языкам в равной мере. В некоторых языках категория рода возникает эпизодически, в местоимениях и именах/названиях живых существ (как в английском) или попросту отсутствует (как в казахском) и изобретать внутри них них феминитивы — не очень осмысленное занятие.

    В случае с языками, где категория рода проявлена ярко, как в русском, процесс появления и закрепления в языке новых феминитивов сам собой идёт параллельно с эмансипацией женщин и освоением ими профессий, ранее считавшимися исключительно мужскими. Но не впереди этих процессов. Бытие в данном случае первично.

    Феминитивы для русского языка нехарактерны

    Ложь. Или заблуждение. Или следствие недостаточного словарного запаса утверждающего такое – это вам подтвердит любая учительница, писательница, художница, охотница, танцовщица, актриса, трактористка или воллейболистка, а уж тем более – швея-мотористка или владелица фабрики, на которой швея-мотористка трудится бок о бок с наладчицей швейных станков.

    Впрочем, ошибочно и другое распространённое убеждение и утверждение, аппеллирующее к опыту, скажем, немецкого языка или английского: «у них говорят вот так, значит мы можем сделать подобное по образцу». Даже в родственных языках нюансы словообразования различны: языковая модель, нейтральная в польском, по-русски может зазвучать издевательски или с нежелательным оттенком.

    Образовывать феминитивы в русском нужно с помощью аффикса –к

    Это ещё одна распространённая ошибка, именно она и приводит к комическим и иногда абсурдным ситуациям. Дело в том что аффиксы (суффиксы и приставки – в частности) имеют не только грамматическое значение, но и семантическое и иногда – несколько. Так аффикс –к вполне себе работает как феминитивный (спортсменка, комсомолка), но он имеет и ещё два значения, гораздо более распространённых – уменьшительное (зайка, ручка, ножка) и фамильярно-пренебрежительное (Борька, Машка, девка, мужчинка). Таким образом «авторка» в восприятии большинства носителей русского языка, далёких от феминизма – это такая маленькая (или чрезвычайно молодая) автор (надо ещё выяснить – чего) женского пола.

    Напомню также, что, к примеру слово «проститутка» в русском образовано напрямую из латыни без участия промежуточной мужской формы. Пример нехарактерный, но входящий в семантический ряд (содержанка, куртизанка), увеличивающий сомнения в исключительной роли аффикса для образования новых феминитивов.

    В этом смысле гораздо более продуктивным представляется аффикс -есс/-ис (актриса, поэтесса), у которого существует только прямое феминитивное назначение, а также русские -ниц, -иц, -иня (писательница, владелица, героиня) и даже попрекаемый лингвофеминист(к)ами аффикс -ша, который отнюдь не ограничивается смыслом «генеральши» в значении жены генерала, в этом значении работает и аффикс в словах типа «морячка» и «солдатка». Как вам замечательное слово «аккомпаниаторша»? Тот, кто скажет, что это жена аккомпаниатора, может первым бросить в меня камень.

    Феминитивы должны быть для всех слов и – особенно – профессий

    Это утопия, причём едва ли осуществимая в русском языке. Обилие аффиксов и их значений, иногда полярных по отношению к феминитивной функции (как показано выше), едва ли позволит прийти к полному охвату феминитивами профессий и занятий. Да едва ли это и нужно, так как многие слова, от которых пытаются образовать феминитивы, с полом или гендером человека на практике не связаны. Так, например, слова «модератор», «куратор», и пресловутый «автор» означают не профессию, а роль, которую человек занимает по отношению к произведённому им объекту или процессу – курирует выставку, модерирует дискуссию, является автором архитектурного проекта. Гендерное значение здесь возможно, но редко подразумевается говорящим и его акцентирование в слове чаще всего не привнесёт никакого смысла, имеющего отношение к предмету разговора. Язык устроен так, что в коммуникации стремится к отсечению деталей, не определяющих контекста текущего разговора.

    Мало того, многие слова грамматически мужского рода уже потеряли прямую связь с полом, как «профессор», «редактор» или «врач» и совершенно безо всякого диссонанса употребляются носителями языка с глаголами и прилагательными женского рода. Едва ли «профессорка» станет в русском общеупотребимой, не говоря уже о потенциальных феминитивах для профессий психиатра и педиатра.

    В этом смысле небесспорное, но изящное грамматическое решение предлагает филолог Михаил Эпштейн — отнести слова, обозначающие профессии к словам общего рода (есть такая грамматическая категория, например, к ней относятся такие слова, как коллега, работяга, тёзка, умница). На деле они и так уже функционируют в этом грамматическом смысле, вопрос лишь в закреплении нормы. Это, кстати, частично снимает и вопрос излишнего ухода в бинарную оппозицию «мужское-женское» и тотальной привязки названий профессий к полу человека.

    И ещё два вопроса

    Насколько продуктивны новые феминитивы? Останутся ли они в языке и что делать с феминитивами, если я далёк(а) от гендерно-лингвистического дискурса?

    Ответ на второй вопрос – ровным счётом ничего – если вы способны свободно говорить на каком-либо языке и окружающие вас понимают, продолжайте говорить, как говорили раньше. Изменения в речи и языке произойдут так или иначе, и в общеупотребительном поле останутся только жизнеспособные формы, которые могут быть естественным образом воспроизведены большинством носителей языка. Возможно вы и сами не заметите, как станете говорить «авторка» (как бы ни резало это слово слух автору статьи, я считаю его одним из самых перспективных феминитивов)

    Язык живёт по определённым законам и с большой неохотой воспринимает новообразования (вспомните судьбу славянофильского языкотворчества). На укоренённость новых феминитивов будет влиять и ряд факторов внеязыковых – дальнейшая эмансипация женщин или консервация общества, открытость или закрытость культуры, развитие институтов гражданской самоорганизации и деятельность правозащитников. И именно эти факторы в первую очередь будут влиять и на положение женщин в обществе и на восприятие носителями языка феминитивов.

    А сам язык изменится вслед за обществом и речью его самых активных частей: русский «кофе» сто лет дожидался и дождался-таки своего среднего рода, а миллионы людей говорящих «польта» постоянно обвиняются в неграмотности, но и они могут однажды проснуться с закреплённой нормой слова «пальто» во множественном числе.

    Иллюстрации из паблика Ф — феминитивы


    Если лица, о которых идет речь в статьях factcheck.kz, или читатель не согласен с нашим вердиктом или доказательствами, после предоставления подтверждающей информации, редакция оставляет за собой право пересмотреть вердикт, приложив соответствующие материалы.

    Публикации сайта подготовлены при финансовой поддержке Фонда Сорос-Казахстан. Содержание данной публикации отражает точку зрения автора/ов, которая не обязательно совпадает с точкой зрения Фонда Сорос-Казахстан.